Эксперимент, который оказался успешным
Режим самозанятости стал одним из самых заметных налоговых экспериментов последних лет. Он позволил легализовать огромный сегмент частной занятости - от фотографов и дизайнеров до репетиторов, мастеров бытовых услуг и небольших частных подрядчиков. Для миллионов людей это оказался простой и понятный способ работать легально: без сложной бухгалтерии, с минимальной налоговой нагрузкой и возможностью самостоятельно управлять своей занятостью.
По данным Федеральной налоговой службы, сегодня в России зарегистрировано уже более 15 млн самозанятых, а их совокупный доход превысил 3 трлн рублей. Поступления налога на профессиональный доход стабильно растут и уже измеряются десятками миллиардов рублей ежегодно. Сам режим стал одним из наиболее эффективных инструментов вывода частной занятости из теневой экономики.
Именно таким этот режим и задумывался - как инструмент для людей, которые действительно работают самостоятельно, сами определяют, где, когда и в каком объеме выполнять работу, оказывают услуги разным заказчикам и не строят полноценный бизнес с наемными сотрудниками.
Когда гибкость превращается в подмену
Однако по мере развития этой модели на рынке сформировалась и другая практика - использование режима самозанятости как подмены трудовых отношений.
Сегодня в ряде отраслей можно увидеть работников, которые формально являются самозанятыми, но фактически выполняют функции обычных сотрудников компаний. Они работают через корпоративные приложения, используют инфраструктуру заказчика, получают задания через внутренние системы и зачастую взаимодействуют только с одним заказчиком.
С точки зрения закона такие модели занятости сегодня нередко считаются допустимыми. Однако с точки зрения экономики причина их распространения вполне понятна.
Налоговая нагрузка на штатного сотрудника может превышать 40% фонда оплаты труда. В эту нагрузку входят страховые взносы, налог на доходы физических лиц, а также социальные обязательства работодателя - оплачиваемые отпуска, больничные и другие гарантии. Самозанятый же платит всего 6% налога с дохода.
Разница в стоимости труда может достигать 50% всех затрат на персонал. Для бизнеса это серьезный экономический стимул использовать такую модель.
Иллюзия дешевых сервисов
Но у этой модели есть и обратная сторона. Самозанятость по своей природе предполагает, что человек сам определяет, где, когда и в каком объеме выполнять работу. В таких условиях трудно обеспечить стабильные стандарты качества и сроков выполнения услуг, которые обычно предполагают организованные сервисные модели. Особенно в тех видах работ, где требуется точное соблюдение графиков, маршрутов и стандартов обслуживания.
В первую очередь, она создает неравные условия конкуренции. Компании, которые оформляют сотрудников в соответствии с трудовым законодательством и платят все предусмотренные налоги, оказываются в менее выгодном положении по сравнению с теми, кто применяет иные модели организации занятости.
В результате формируется неравная ценовая конкуренция. Стоимость услуг начинает определяться не только эффективностью бизнеса, но и выбранной моделью оформления персонала. Возникает эффект, который сегодня хорошо заметен в экономике цифровых сервисов.
Дешевые сервисы - это часто не технологическое чудо, а экономический эффект особого режима занятости. Наиболее наглядный пример - экономика сервисов доставки. За последние годы доставка «последней мили» превратилась в повседневную услугу: еда, продукты и покупки из магазинов приезжают за считанные минуты. Пользователь платит относительно небольшую сумму и воспринимает это как естественную часть современной городской инфраструктуры.
Однако такая модель становится возможной во многом потому, что значительная часть курьеров работает в статусе самозанятых. По оценкам участников рынка, в крупных городах доля курьеров, оформленных именно таким образом, может достигать 70-80%.
Если бы эти работники оформлялись как полноценные сотрудники со всеми налогами и социальными обязательствами, экономика доставки выглядела бы иначе. Стоимость услуги выросла бы, но она отражала бы реальную цену труда.
Эффект для рынка труда
Подобные процессы происходят и в других сегментах экономики услуг. Например, в сфере мерчандайзинга, аутсорсинга персонала и операционных услуг для ритейла.
В этих отраслях особенно важно, чтобы все участники рынка работали в сопоставимых условиях налоговой и социальной нагрузки. Например, в мерчандайзинге сотрудники должны приходить в конкретные торговые точки в определенное время, работать по утвержденному маршруту и выполнять задачи по согласованному графику.
В противном случае компании, которые действуют в рамках трудового законодательства, оказываются в менее выгодном положении по сравнению с теми, кто использует другие модели организации занятости.
Еще один аспект этой модели связан с положением самих работников. В ряде случаев люди фактически выполняют функции сотрудников, но оформляются как самозанятые. При такой модели они не получают привычных социальных гарантий - оплачиваемых больничных, отпусков и полноценного пенсионного накопления. Фактически часть рисков занятости переносится с работодателя на самого работника. По сути речь идет о формировании правил конкуренции на рынке труда.
Что можно изменить
Важно подчеркнуть: речь не идет о том, чтобы ограничивать саму идею самозанятости. Этот режим действительно выполняет важную функцию - он легализовал значительную часть частных услуг и позволил многим людям выйти из теневой экономики.
Задача состоит в другом - сохранить первоначальную логику режима и не допустить его превращения в массовый инструмент подмены трудовых отношений. Для этого важны два направления.
Первое - внимательное правоприменение. Когда фактические трудовые отношения оформляются как самозанятость, такие ситуации требуют внимательной оценки со стороны регулирующих органов.
Второе - более четкое регулирование критериев, по которым можно отличить самостоятельную занятость от фактической работы по найму. В мировой практике для этого используются признаки зависимости исполнителя от заказчика: работа преимущественно с одним клиентом, использование инфраструктуры компании, выполнение заданий по установленным правилам и алгоритмам.
Позиция бизнеса
Для бизнеса этот вопрос также принципиален.
Компании, которые работают в рамках трудового законодательства и несут полную налоговую и социальную нагрузку, заинтересованы в том, чтобы рынок развивался по единым правилам. Когда часть участников оптимизирует издержки за счет иных моделей занятости, формируется неравная конкуренция и усиливается ценовое давление на рынок.
Бизнес-сообщество заинтересовано в участии в экспертной проработке таких решений. Важно сохранить преимущества режима самозанятости, но при этом выстроить прозрачные правила его применения.
Профессиональные объединения и компании готовы выступать партнерами государства в этой работе - делиться отраслевой экспертизой, помогать формировать практику и содействовать выработке решений, которые обеспечат равную конкуренцию и устойчивое развитие рынка.
Вопрос не только в налогах
Самозанятость - важный инструмент современной экономики. Но она должна оставаться тем, чем задумывалась изначально: формой самостоятельной деятельности, а не заменой полноценной занятости. Потому что, в конечном счете, вопрос стоит шире налогов. Речь идет о том, какие правила формируются на рынке труда: конкуренция за счет эффективности и качества услуг - или конкуренция за счет различий в регулировании занятости.
